Санкт-Петербург, Концертный зал

Бах. Гласс. Крам


Марио Брунелло в цикле концертов ко дню рождения Иоганна Себастьяна Баха «Бах плюс…»

В программе:
Иоганн Себастьян Бах
Бранденбургский концерт № 4
Солисты: Станислав Измайлов (скрипка), Светлана Емельянова (блокфлейта), Александр Кискачи (блокфлейта), Валерия Румянцева (клавесин)


Филип Гласс
«Музыка в форме квадрата»
Солисты: Николай Мохов (флейта), Александр Озерицкий (флейта)


Иоганн Себастьян Бах
Бранденбургский концерт № 5
Солисты: Станислав Измайлов (скрипка), Николай Мохов (флейта), Юрий Мартынов (клавесин)


Джордж Крам
«Голос кита»
Солисты: Николай Мохов (флейта), Марио Брунелло (виолончель), Эдуард Кипрский (подготовленное фортепиано)


Оркестр Мариинского театра
Дирижер – Марио Брунелло

24 марта 1721 года Иоганн Себастьян Бах отправил маркграфу Кристиану Людвигу Бранденбургскому партитуры шести концертов «для различных инструментов». Маркграф, с которым Бах познакомился в 1719 году в Берлине, был страстным меломаном, собравшим партитуры более двухсот концертов разных авторов, и горячим поклонником Антонио Вивальди. Бранденбургские концерты Баха написаны по модели Вивальди (почти все в трех частях и с участием духовых инструментов), но они в высшей степени оригинальны. Среди них нет двух похожих, каждый неповторим, а вместе они составляют настоящую энциклопедию барочной музыки.

Уникальность концерта № 4 для скрипки, двух флейт, струнных и basso continuo в том, что здесь единственный раз применен очень редкий вид флейт – не поперечные, не продольные, а эхо-флейты. Они настолько редки, что даже аутентисты в наше время не так часто берут их на вооружение. Вторая часть концерта основана на эффекте эха, а финал великий полифонист всех времен и народов написал в форме фуги.

В концерте № 5 среди солистов, наряду с поперечной флейтой и скрипкой, впервые в истории музыки фигурирует клавесин. Вероятно, Баха вдохновили на это возможности того самого инструмента, за которым он в 1719 году специально ездил в Берлин, где и познакомился с маркграфом Бранденбургским. Сразу же после первого оркестрового ритурнеля клавесин прекращает аккомпанировать струнным (чем он постоянно занят в остальных пяти концертах) и получает самостоятельную партию. В конце первой части помещена колоссальных размеров клавирная каденция. Позднее Бах и его сыновья развили эту идею, создав десятки концертов для клавесина с оркестром.
Анна Булычёва

Филипп Гласс (р. 1937) – популярнейший современный американский композитор, творчество которого тесно связано с эстетикой так называемого «минимализма». Сам композитор предпочитает не пользоваться указанным термином и определяет свои сочинения как «музыку с репетитивными (повторными) структурами». Что объединяет Гласса с признанными минималистами – Стивом Райхом, Терри Райли, Джоном Адамсом – так это возникающее при слушании их музыки ощущение некоей статики, «застылости» при внутреннем движении и постоянном обновлении.
Филипп Гласс – автор множества симфонических и камерных произведений, опер, музыки к кинофильмам. Российскому слушателю его музыка, помимо прочего, может быть знакома по фильму режиссера Звягинцева «Елена», где использованы фрагменты Третьей симфонии Гласса.
Название пьесы «Музыка в форме квадрата» (Music in the Form of a Square) никак не связано ни с «Черным квадратом» Казимира Малевича, ни с кубофутуризмом. Оно лишь отражает исполнительский ритуал, предписанный композитором. Оба флейтиста передвигаются вдоль образующих квадрат нотных пюпитров (один – внутри квадрата, другой – снаружи), играя поставленные на пюпитры тексты. Это одно из ранних произведений Гласса, написанных в репетитивной технике; его премьера состоялась в 1967 году.
Исследователь остроумно заметил: «Ощущение гармонии цивилизации и природы, “ экологический строй” репетитивной музыки чувствуется так же ясно, как и ее техническая основа. Музыка постепенных процессов могла возникнуть лишь там, где пассажир поезда мог бесконечно долго наблюдать почти неменяющийся ландшафт (скажем, Канзаса…» (Петр Поспелов). В этом «почти» – зерно эстетики композиторов, использующих репетитивную технику. Подобно тому, как от пристального взгляда не ускользнут постепенные изменения в пейзаже, так и внимательный слушатель уловит в кажущейся монотонии «повторяющихся структур» процесс их непрерывного обновления.
Иосиф Райскин

Джордж Крам (р. 1929) – один из известнейших композиторов США, автор ряда ярких и своеобразных симфонических и камерных произведений. Среди них – «Дитя звезд» для сопрано, хора мальчиков, группы чтецов, колоколов и огромного оркестра (исполнением этой партитуры управляют четыре дирижера), «Пейзаж с привидениями» для симфонического оркестра, струнный квартет «Черные ангелы», четыре цикла для двух фортепиано под названием «Макрокосмос», «Мадригалы» для сопрано и ансамбля на стихи Федерико Гарсиа Лорки и другие. Мастер, в совершенстве владеющий современной композиторской техникой, Крам не чурается и наивной простоты интонаций.
«Голос кита» (Трио для флейты, виолончели и препарированного фортепиано, с электрическим усилением) принадлежит к числу самых значительных произведений в авангардной музыке за последние десятилетия.
Вот что пишет о произведении композитор: «Сочинение написано для ансамбля New York Camerata. Оно было создано под впечатлением от пения кита-горбатки, магнитную запись которого я слышал за два или три года до того. Каждому из трех исполнителей предписано быть в черной полумаске. Маски, обезличивая смысл человеческого взгляда, призваны символически представить мощные, безличные силы природы (природы без человека). Я должен добавить, что сочинение должно исполняться при темно-голубом освещении сцены. Форма “Голоса кита” – трехчастная; сочинение состоит из пролога, ряда вариаций, названных по именам геологических эпох, и эпилога. Пролог (начальный “Вокализ”) – род каденции для флейтиста, который одновременно играет на инструменте и поет в него… Тема вариаций (“Тема моря”) предстает во флажолетах виолончели, сопровождаемых темными, таинственными аккордами приглушенных струн фортепиано. Дальнейшее последование вариаций начинается с резкого крика чайки в “Археозое” и, постепенно возрастая в интенсивности звучания, достигает яростной кульминации в “Кайнозое”… Эпилог (“Морской ноктюрн”) – обработка “Темы моря”. Эта часть написана в сияющей тональности си мажор; здесь есть мерцающие звуки античных тарелочек, на которых играют попеременно флейтист и виолончелист. Заключительный раздел сочинения – постепенно замирающие серии повторений фигуры из десяти нот. Этот раздел должен обязательно сопровождаться пантомимой (чтобы выразить diminuendo почти на пороге слышания!)».
Любопытно, что границу между неживой и живой природой Крам дважды проводит с помощью аллюзии на начальные такты симфонической поэмы Рихарда Штрауса «Так говорил Заратустра»: первый раз в конце каденции флейты в «Вокализе» и второй раз – в «Кайнозое», живописующем эпоху рождения человека. Присущая музыке Крама созерцательность своими корнями уходит в древние мифы и обряды. В неменьшей степени она навеяна символистскими образы Лорки, Дебюсси и Мессиана.
Иосиф Райскин

Возрастная категория 6+

© 1998 – 2017
Мариинский театр
Справочная служба
+7 812 326 41 41
tickets@mariinsky.ru
Текущий рейтинг: 48.3
Любое использование либо копирование материалов сайта, элементов дизайна и оформления запрещено без разрешения правообладателя.
user_nameВыход

Маркировка спектаклей по возрастным категориям имеет рекомендательный характер.

Маркировка применена на основании Федерального закона от 28 июля 2012 г. N139-Ф3 "О внесении изменений в Федеральный закон "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию" и отдельные законодательные акты Российской Федерации