18.05.2019

Интервью с Арно Бернаром

Арно Бернар, режиссер и художник-постановщик «Девушки с Запада», рассказывает о своем замысле.

 – Почему для своей второй постановки в Мариинском вы выбрали именно эту оперу?
 – В «Девушке с Запада», сложнейшей и самой многолюдной опере Пуччини, семнадцать солистов, не каждый театр может поставить такую команду, да еще несколько составов. После «Сицилийской вечерни» я осознал, насколько огромны ресурсы Мариинского, сколько певцов высокого уровня можно занять в спектакле, каковы фантастические технические возможности. Мы ставим сложный спектакль с огромным количеством бутафории, костюмов, статистов, это важно для моего «кинематографического» стиля. Мы долго обсуждали с маэстро Гергиевым разные названия, но пришли к той опере Пуччини, которая еще никогда не ставилась в Мариинском.

 – Это будет еще одно «кино», как «Сицилийская вечерня»?
 – У Пуччини изначально вестерн, здесь нет противоречия. Слова, которые поются, важны, пространными ремарками можно пренебречь. Самое сложное в постановке – выстроить взаимодействие артистов на сцене, их слов, поступков, реакций. Здесь всё как в швейцарских часах: вынь одну деталь – и механизм встанет. Уже в первой сцене один кричит одно, другой – другое, рядом компания играет в карты, в соседней комнате начинаются танцы, частота смены кадров как в кино. Для меня артист миманса второго ряда так же важен, как солист. Это как в фильме, где значимы все находящиеся в кадре.

 – Кого бы вы сами хотели играть в вашем спектакле?
 – Никого. Здесь нет однозначно добрых и милых, злодеев, подлецов, у каждого героя свои темные стороны. Минни, хозяйка салуна, в постоянном общении с золотоискателями может быть властной, резкой, жесткой, но в любовных сценах она настоящая дама – кокетничает, смущается, рыдает. Тенор – вор, но, влюбившись, открывает нам неожиданные стороны души. Баритон, с которым тенор играет в карты на жизнь и смерть, – злодей, хотя изображает благородство, и так далее.

 – Декорации, которые мы увидим, не очень ассоциируются с образом Дикого Запада из вестернов. Откуда этот «кирпичный завод»?
 – Одна конструкция позволяет скрепить все три действия. Салун, комната Минни, лес – всё можно сделать через деконструкцию, сохранив один силуэт. Достаточно в третьем акте, который происходит в лесу, распахнуть окна, впустить в этот ангар мороз и ветер – зрителю будет холодно и неуютно.

 – У певцов в опере запредельные тесситуры, им приходится петь на бегу, играть как в кино и пробиваться сквозь четверной состав оркестра. Вы как-то облегчаете им жизнь?
 – Зачем? Это настоящий челлендж – петь и играть зрелого Пуччини.

 – Какие постановки «Девушки с Запада» вам нравятся?
 – Не видел ни одной. Точнее, принципиально не смотрел.

 – Для вас веризм – это гиперреализм?
 – Так и есть.

 – И лошади будут?
 – И не одна.

Любое использование либо копирование материалов сайта, элементов дизайна и оформления запрещено без разрешения правообладателя.
user_nameВыход