Театр в годы войны

Сезон 1944–1945 годов

Летом 1944-го труппа Кировского воссоединилась – в Ленинграде встретились вернувшиеся из эвакуации артисты и те, кто оставался в осажденном городе. Творческий состав пополнился ленинградцами, примкнувшими к театру в блокадное время. Некоторых из блокадных солистов из-за несоответствия уровню оперной труппы первого театра города перевели в хор. Готовились к выступлениям на ленинградской сцене и пермяки, принятые в театр в Молотове (Перми).


Возвращение в Ленинград из эвакуации. На перроне Московского вокзала Георгий Нэлепп, Фея Балабина, Константин Сергеев, Наталия Дудинская, Владимир Пономарёв и Николай Зубковский. Лето 1944 года

Многие артисты, любимцы ленинградской публики, в Молотове (Перми) получали письма от зрителей, с нетерпением ждавших их возвращения. Из письма к Наталии Дудинской: «Только верьте, дорогая, что в самые тяжелые моменты я никогда не забывала ни Вас, ни театр. И самое главное, что поддерживало и давало силы на борьбу, – надежда попасть снова в театр, как прежде на 3-й ярус на “Жизель” или “Лауренсию”. Для меня в жизни нет ничего дороже театра, потому я и не могу забыть Вас никогда. Скоро ли наступит наконец тот блаженный момент, когда я услышу о возвращении театра?»*

* Письмо к Н. М. Дудинской от И. Тимофеевой, поклонницы ее творчества. 1942 // Отдел рукописей РНБ. Ф. 1477 (Н. М. Дудинская и К. М. Сергеев). Оп. 1. Ед. хр. 32. Л. 1 – 1 об.

Фрагмент газеты «Ленинградская правда» от 1 сентября 1944 года
Из собрания Российской национальной библиотеки

Первый спектакль был назначен на 1 сентября 1944 года. В главной городской газете, «Ленинградской правде», в этот день были опубликованы тексты от имени ведущих солистов театра. Все они так или иначе анонсировали спектакли сентября и будущего сезона в целом. Бас Борис Фрейдков рассказывал о своих партиях в «Князе Игоре», «Чародейке» и в незнакомой для ленинградской публики опере Коваля «Емельян Пугачев», Иван Яшугин – об Иване Сусанине, Ольга Кашеварова – о Маше из «Дубровского» и Оксане из «Ночи перед Рождеством», дирижер Даниил Похитонов – о «Хованщине», над которой работал еще с Шаляпиным. Константин Сергеев и Наталия Дудинская упоминают о постановке «Золушки» Прокофьева, новый главный режиссер Илья Шлепянов и новый художественный руководитель театра дирижер Борис Хайкин раскрывают карты: они будут ставить «Орлеанскую деву» Чайковского, новую «Травиату» и еще никому не известную оперу Прокофьева «Дуэнья».

Афиша открытия нового сезона 1944–1945 годов
Архив Мариинского театра

Официальное открытие сезона состоялось 1 сентября, но фактически первый спектакль прошел накануне. Для строительной команды пограничных войск НКВД, восстанавливавшей театр, была показана «Спящая красавица» с Наталией Дудинской и Константином Сергеевым.

Программка спектакля «Спящая красавица» 31 августа 1944 года
Архив Мариинского театра

Нонна Ястребова, которая по приезде театра из эвакуации была демобилизована из военного ансамбля и вернулась в Кировский, вспоминала: «Не знаю, что было труднее – выступать под пулями, танцевать на обледенелых грузовиках или после двухлетнего перерыва вернуться к своей профессии. Я сняла кирзовые сапоги, военную форму… Надо было надевать пуанты и всё начинать сначала: вставать к станку и делать экзерсис, а ноги не поддавались, мышцы одеревенели, тело не слушалось, спина не гнулась… Как ученица Вагановой, я и в театре попала в ее класс совершенствования. И чувствовала себя здесь гадким утенком, окруженным прекрасными лебедями. Мне было невыносимо тяжело не только физически, но и морально. Я слишком далеко ушла от своего искусства и слишком многое растеряла. Стоя у станка, обливаясь потом и слезами, я тщетно пыталась вернуть утраченное. Порой во мне просыпалось чувство горечи, боли, обиды, страха. Разве я виновата в том, что на фронте было не до экзерсисов? Холод, голод, бомбежки, переезды, обстрелы. Но минуты слабости проходили, фронтовая выдержка брала верх. Я говорила себе – должна! Должна преодолеть трудности, не пасовать перед ними, не поддаваться им, как не поддавалась на фронте. И фронтовая закалка помогла одолеть сложнейший в жизни рубеж – вернуть свою профессию»*.

* Ястребова Н. Страницы фронтовой биографии // Советский балет. 1985. № 2. С. 10.

Печное отопление в Мариинском театре. 1944
ЦГАКФФД СПб

Театральный быт наладился не сразу. «Залы, помещения для работы отапливались еще недостаточно, не хватало угля, дров. Актеры на сцене мерзли, и даже танцы с трудом согревали их окоченевшие ноги. Перед выходом на сцену надевали валенки и привезенные с Урала меховые пимы; в артистических уборных ставились электрические грелки. Но работалось весело, с азартом»*, – вспоминала Татьяна Вечеслова. Гораздо менее оптимистичную картину рисуют высказывания заведующего балетной труппой тех лет Владимира Эдуардовича Томсона на заседаниях партбюро театра 1945 года: «На сцене очень грязно. Артисты балета, которые должны по своей роли лежать на полу, соприкасаются с плевками и гвоздями. Раньше было хорошее правило подметать сцену опилками и вспрыскивать ее водой, чтобы не было пыли. Постановочная часть не следит за этим, а также не следит за тем, чтобы были подкрашены отдельные места декораций, которые этого требуют. Между тем раньше, до войны, перед каждым актом по сцене ходил маляр с ведром и делал это, и все было в порядке. С момента войны оказалась уничтоженной на сцене красная черта, которая совершенно необходима. В спектакле “Гаянэ” в заднике большая дыра, и никто не обращает на это внимания. <…> Холод на сцене вызывает массовые заболевания. <…> Рабочее место у творческих коллективов в очень плохом состоянии. Для грима нет электролампочек. Для того чтобы гримироваться, работники сами приносят лампочки из дома»**.

* Вечеслова Т. Я – балерина. Л. ; М. : Искусство, 1964. С. 182.
** Протокол заседания партийного бюро Театра оперы и балета им. С. М. Кирова // ЦГАИПД СПб. Ф. 2245. Оп. 1. Ед. хр. 122. Л. 46.

Федор Васильевич Лопухов. 1945
Архив Мариинского театра

По возвращении в Ленинград труппу ждали кадровые изменения. В 1944 году балериной Большого театра стала Галина Сергеевна Уланова. В Ленинград, на родную сцену, она приезжала теперь только как гостья. Пост в Большом получил и художественный руководитель балета Леонид Михайлович Лавровский. В 1944-м балетная труппа Кировского театра открывала сезон с новым руководителем – Федором Васильевичем Лопуховым. Опальный после разгрома «Светлого ручья» (1935) хореограф в конце 1943-го возглавил балетную труппу находившегося в Чкалове (Оренбурге) МАЛЕГОТа, а едва вернувшись в Ленинград в августе 1944-го, получил назначение на должность главы балета в Кировском. Лопухов вернулся в театр, в котором прошла его исполнительская жизнь, в котором он осуществил многие свои постановки и в 1922–1931 годах уже был художественным руководителем балета.

Режиссер Илья Шлепянов. Дирижер Борис Хайкин. 1945
Архив Мариинского театра

1944 год завершился новой постановкой «Травиаты» (режиссер Илья Шлепянов, дирижер Сергей Ельцин, художник Татьяна Бруни). А к маю 1945-го был готов новый «Евгений Онегин». Дирижировал премьерой новый музыкальный руководитель театра Борис Хайкин.
Балетный репертуар восемьдесят пятого сезона составили спектакли, шедшие в Молотове (Перми): «Дон Кихот», «Спящая красавица», «Жизель», «Шопениана», «Тщетная предосторожность». Для ленинградской сцены Нина Анисимова адаптировала «Гаянэ», а Федор Лопухов с братом Андреем и Владимиром Пономарёвым возобновили «Конька-горбунка». Под занавес сезона показали премьеру – в символический день, 22 июня, представили новую редакцию «Лебединого озера», подготовленную Федором Лопуховым.

«Лебединое озеро». Третья картина. 1945
Архив Мариинского театра

В отличие от редакции Вагановой, шедшей на кировской сцене до войны, в своей версии «Лебединого озера» Лопухов возвращался к задуманному Петипа и Ивановым жанру фантастического балета. Не внеся изменений в лебединые сцены, он переосмыслил дворцовые картины и подчеркнул значительность образа злого волшебника Ротбарта. Для него Лопухов сочинил эффектную вариацию, напоминавшую полет хищной птицы. Комплиментом мастерству хореографа и выразительности исполнителя партии, Роберта Гербека, на обсуждении спектакля прозвучало сравнение балетного зла с пережитым в реальности: сказали, что Ротбарт «словно бы пришел оттуда, откуда недавно пришли на нашу землю фашисты»*. Временем создания спектакля объясняется и появившийся в «Лебедином озере» оптимистический финал. На хеппи-энде настояло руководство театра.

* Цит. по: Добровольская Г. Федор Лопухов. Л. : Искусство, 1976. С. 289.

Триумфальная арка в Автово. Июль 1945 года
ЦГАКФФД СПб

8 июля 1945 года в Ленинград возвращался Ленинградский гвардейский стрелковый корпус. Три дивизии входили в город тремя колоннами: по проспекту Стачек, по Московскому проспекту (тогда он назывался Международным) и по набережным Невы. На пути следования победителей были возведены триумфальные арки, ленинградцы встречали воинов цветами, объятиями и музыкой. Как вспоминали участники парада, они «шли по ковру из цветов».

Одна из колонн следовала на Дворцовую через Театральную площадь. Оркестром Кировского театра дирижировал Самуил Пружан
Архив Мариинского театра

Заведующий художественно-постановочной частью театра Николай Иванцов со спутницей
Архив Мариинского театра

Солистка оперы Сарра Ивницкая с дочерью
Архив Мариинского театра

Кассир театра Наталия Гаврилова (слева) и заведующая билетными кассами Анна Вейбель (в центре)
Архив Мариинского театра

Неожиданные зрительские места в здании консерватории
Архив Мариинского театра

Артисты Кировского театра: контрабасисты Елисей Ткаченко и Вартан Акопян, скрипач Поликарп Янкевич
Фото Николая Хандогина

Перед Кировским театром проходят гвардейцы 45-й стрелковой дивизии
Архив Мариинского театра

Возвращались с фронта и артисты. Константин Шатилов, осенью 1942 года старшеклассником хореографического училища призванный из Молотова (Перми) и прошедший всю войну артиллеристом-разведчиком, вспоминал о своем возвращении в Ленинград: «На третий день я узнал, что в Кировском театре идет “Спящая красавицаˮ, и, сам не свой от радостного волнения, устремился на спектакль. Пошел занавес, я замер… Передо мной неспешно развертывалась безмятежная, идиллическая картина, красиво и важно двигаются придворные… Внезапно поймал себя на мысли – как же бесконечно далек этот наивный сказочный мир от того, что довелось мне, совсем еще мальчишке, выстрадать на кровавой войне. И это та мечта, что отогревала мою душу в окопах? А я-то старался не застудить ноги, когда ездил верхом, боялся их искривления, держал не в стременах, а по-восточному! Меня охватило отчаянное смятение. В таком состоянии в январе 1946 года я приступил к занятиям в классе Б. В. Шаврова. Каждый день меня мучило то, что надо менять профессию… Каждую ночь терзал один и тот же сон: будто я окружен фашистами, делаю нечеловеческие попытки вырваться, вдруг в меня стреляют в упор – и тут я с криком… просыпаюсь. Долго “не отпускала” меня война… Лишь некоторое время спустя, да и то постепенно, как бы нехотя, тело мое стало “пробуждаться”, я начал снова ощущать его каждую мышцу, возвращались ловкость, координация движений, а с ними и уверенность, что я на верном пути и сворачивать с него не надо»*.

* Шатилов К. Вехи судьбы артиллериста-разведчика Шатилова // Вспоминая вновь… : сб. СПб. : АРБ им. А. Я. Вагановой, 2004. С. 71.

Мемориальная доска, установленная в историческом здании Мариинского театра

Но были и те, кому не довелось вернуться. Вечная память.

 

 


Первая версия этой выставки была размещена на сайте Мариинского театра в 2015 году, к 70-летию Победы; спустя пять лет она переформатирована и дополнена. Основная часть представленных материалов хранится в архиве Мариинского театра. Еще в годы войны сотрудники литчасти, эвакуированные вместе с коллективом театра в Молотов (Пермь), добросовестно вели хронику событий, наклеивая в альбомы все отклики прессы на выступления артистов, собирая фотографии с репетиций и спектаклей, афиши и программки. С 1980-х годов театр не раз проводил встречи ветеранов, записывал их воспоминания. Начальник архивной службы Ольга Овечкина и ее коллеги подготовили немало выставок в фойе театра, на которых познакомили публику с этими реликвиями.

Виртуальная выставка в силу своих технических возможностей позволяет сделать проект более масштабным: привлечь документы из других коллекций, дополнить визуальные свидетельства текстами – отрывками из воспоминаний, дневников, писем. Авторы замысла – редакторы издательского отдела Анна Петрова и Ольга Макарова – сознательно минимизировали комментарии к ним, предоставив слово лишь очевидцам событий. Поскольку выбранные тексты были опубликованы в разное время – от 1948 года до 2020-го, в них ощутима не только разная интонация, зависящая от личности говорящих, но и разная степень идеологического контроля и самоцензуры. Так как память невольно старается сгладить сильнейшую эмоциональную травму, нанесенную войной, обжигающие строки дневников блокадников могут соседствовать в хронике с более хладнокровным повествованием об аде войны, который уже остался в прошлом.

Редакторы благодарят за помощь в подготовке выставки: директора Санкт-Петербургской театральной библиотеки Анастасию Гай, Екатерину Кожевникову (Пермский театр оперы и балета), Богдана Королька (УралОпераБалет), Иосифа Райскина, Милану Федорову, а также сотрудников архивной службы Мариинского театра Ольгу Овечкину, Ирину Пчелкину, Ирину Кулешову и Елену Лолло.

Корректор Андрей Бауман. Реализация проекта на сайте: Артем Бурдов, Валерия Марук, Анна Рабзина

© Мариинский театр
© Макарова О.Н., Овечкина О.О., Петрова А.В., составление, комментарии, 2020

user_nameВыход