Петипа в Мариинском

«Лебединое озеро» (1895)

Музыка Петра Чайковского


Репертуарная книга Мариинского театра. 1895
© Мариинский театр

«Лебединое озеро» впервые зазвучало в Мариинском театре в 1894 году. Для вечера памяти Петра Ильича Чайковского Лев Иванов, во время болезни Петипа исполнявший все постановочные заказы, сочинил второй акт балета, за двадцать лет до того написанного композитором и показанного в Большом театре. Через год после представления лебединой картины, к бенефису петербургской звезды Пьерины Леньяни был подготовлен весь спектакль.

Пьерина Леньяни – Одетта
© Мариинский театр

Постановкой руководил вышедший после болезни Мариус Петипа. Уже подготовленная Львом Ивановым вторая картина вошла в новый балет без изменений. И финальную четвертую, тоже лебединую картину было поручено сочинить Иванову.
Еще при жизни Чайковского дирекция императорских театров вела переговоры с композитором о возможности постановки балета в Петербурге, и сохранились сделанные задолго до премьеры 1895 года наброски Петипа. Перечисляя в заметках действующих лиц финальной сцены на озере – «белые лебеди, розовые лебеди, черные лебеди»1, – хореограф зачеркнул «розовые». В постановке, осуществленной под общим руководством Петипа, осознавший свою роковую ошибку принц встречал на озере белых и черных лебедей.

Вера Трефилова – черный лебедь. Мария Пильц – белый лебедь
© Мариинский театр

Первую и третью, дворцовые, сцены поставил Мариус Петипа, включив в них как классические, так и характерные танцы. Свой огромный опыт постановки разнообразных дивертисментов Петипа использовал в сочинении испанского и мазурки.

Наталия Матвеева и Александр Ширяев в Испанском танце
© Мариинский театр

Венгерский и неаполитанский танцы сочинил Лев Иванов.

Мария Петипа и Альфред Бекефи, Юлия Седова в Венгерском танце
© Мариинский театр

В спектакле в соответствии с традициями балетных постановок тех лет щедро использовалась пантомима. «Встретившись с принцем, девушка-лебедь начинала ожесточенно жестикулировать, рассказывая при помощи условного жеста историю о том, каким образом она стала оборотнем. Никто ничего не понимал»2, – вспоминала участвовавшая в спектакле Агриппина Ваганова. Одну из главных пантомимно-драматических ролей в спектакле, партию Ротбарта, исполнял выразительный мимист Алексей Булгаков. А на время его отъезда на лечение за границу Петипа передал роль Николаю Солянникову. Молодому артисту, в репертуаре которого образ Ротбарта сохранится вплоть до 1930-х годов, пришлось спешно готовить партию, и каков был его ужас, когда после своего дебюта он прочитал в рецензии: «Булгакова в роли Ротбарта не заменил, а заместил Солянников. Это был не Злой гений, а добродушный леший»3.

Алексей Булгаков – Ротбарт
© Мариинский театр

Мужские танцевальные высказывания в спектакле предполагали партия спутника принца Бенно и партия друга принца, участвовавшего в pas de trois в первой картине. Роль принца Зигфрида, которую на премьере исполнял Павел Гердт, не обязывала исполнителя к разнообразию танцевальных свершений.

Евгений Пономарёв. Эскиз костюма Зигфрида
© Санкт-Петербургская государственная театральная библиотека
Самуил Андрианов – Зигфрид
© Мариинский театр

Критика оценила оформление спектакля: «Дирекция со своей стороны сделала для успеха балета все зависящее от нее. Декорации 2-й картины и апофеоза г. Бочарова и 2-го акта г. Левота бесподобны. Костюмы красивы и роскошны»4.

Евгений Пономарёв. Эскизы костюмов Одиллии и Ротбарта
© Санкт-Петербургская государственная театральная библиотека

Спектакль прочно вошел в репертуар Мариинского театра. Первоначально монополия на исполнение главной партии принадлежала Пьерине Леньяни. После ее отъезда из России петербургскую сцену украшали Одетты-Одиллии Матильды Кшесинской, Ольги Преображенской, Веры Трефиловой, Анны Павловой, Тамары Карсавиной, Любови Егоровой, Ольги Спесивцевой.

Анна Павлова – Одетта, Николай Легат – Зигфрид. Тамара Карсавина – Одетта
© Мариинский театр

В 1933 году, поставив перед собой задачу «избежать ненужных условностей и сделать балет более доступным массовому зрителю»5, за редактирование «Лебединого озера» взялась Агриппина Ваганова. Вместо фантастического балета Ваганова с режиссером Сергеем Радловым предлагали романтическую новеллу.

Сцена I действия. Константин Сергеев – Граф
© Мариинский театр. Фото Евгения Рагузина. 1936

Принц в новой версии балета стал увлеченным старинными легендами Графом, которому в мечтах лебедь виделась девушкой, Ротбарт – его соседом-герцогом, желающим выдать замуж свою дочь. Подстреленная герцогом птица умирала на руках Графа, и тот в тоске закалывался кинжалом. «Нам необходимо было избавиться от излюбленных в старых балетах шаблонных пантомимных сцен и знаков, мало понятных и чуждых современному зрителю, – писала Ваганова. – ‹…› Злой дух, превращающий девушек в лебедей и строящий всяческие козни влюбленным сердцам, из сюжета исключен. Балерина, исполнявшая две роли: Одетты – королевы лебедей и Одиллии – дочери злого гения, в связи с изменением сюжета исключена, роли лебедя и Одиллии поручены разным балеринам. Пантомимные моменты, если можно так выразиться, "станцованы", мистицизм удален. ‹…› Сладенький апофеоз, напоминавший "селение рая", заменен трагическим концом неудачника-романтика»6.

Галина Уланова — Лебедь, Константин Сергеев – Граф, 1939. Ольга Иордан — Одиллия, 1937
© Мариинский театр. Фото Евгения Рагузина

Оформил реалистичную версию «Лебединого озера» художник Владимир Дмитриев, в те годы сотрудничавший с режиссером Сергеем Радловым и уже имевший опыт оформления балетных спектаклей в Ленинградском театре оперы и балета.

Владимир Дмитриев. Эскизы женских костюмов для венгерского, венецианского и испанского танцев
© Мариинский театр

Спектакль Вагановой исполнялся в Ленинграде до лета 1941 года. В эвакуации на молотовской сцене «Лебединое» изменилось. От сочинения бывшего художественного руководителя труппы Агриппины Вагановой остались лишь заявленные в программке «отдельные танцы», автором новой редакции в условиях нового пространства стал Владимир Пономарёв. Оформила эвакуационное «Лебединое», как и абсолютное большинство спектаклей театра той поры, Татьяна Бруни.

Татьяна Бруни. Эскиз костюма Ротбарта к третьей картине и эскиз женского костюма для испанского танца
© Мариинский театр

В 1945 году на ленинградской сцене появилась новая редакция балета, осуществленная Федором Лопуховым. В спектакле, увидевшем свет вскоре после победы, зло было наказано. Хотя танцевальный текст партии Ротбарта, воплощения зла, Лопухов расширил: Ротбарт получил вариацию, а танцы характерного дивертисмента трактовались как колдовство его свиты. Это решение из спектакля Лопухова заимствовал Владимир Бурмейстер, создавая свою версию «Лебединого» в Московском музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. А с перенесением спектакля Бурмейстера на сцену парижской Гранд опера задумка Лопухова прочно обосновалась на многих сценах мира. Спустя годы Федор Лопухов назвал своим «грехом перестановку» сочинения Петипа и Иванова, а его искуплением – возвращение к жизни композиции и хореографии Петипа и Иванова на сцене Малого театра оперы и балета в 1958 году.

III картина спектакля 1945 года
© Мариинский театр. Фото Мельник

Автором костюмов к редакции Лопухова в Кировском театре стала Татьяна Бруни, декорации создавались по эскизам Бориса Волкова. А главные партии исполнили Наталия Дудинская (Одетта – Одиллия) и Константин Сергеев (Зигфрид).

Наталия Дудинская – Одиллия
© Мариинский театр. Фото Ефраима Лесова. 1947
Наталия Дудинская – Одетта
© Мариинский театр. Фото Моисея Гершмана. 1946

Этот же дуэт стал центральным в редакции Константина Сергеева, премьера которой состоялась в 1950 году. «Будучи одновременно и участником новой постановки «Лебединого озера» и балетмейстером, я как хореограф подчинялся желаниям и творческим потребностям танцовщика Сергеева»7, – писал автор новой версии балета. Зигфрид, получив «возможность высказаться» – соло в первой картине, стал танцевать в спектакле больше. В дворцовых сценах появился шут.

Константин Шатилов – Зигфрид, Юрий Умрихин – шут
© Мариинский театр. Фото Ефраима Лесова. 1954

Первую картину Сергеев полностью переиначил: поставил заново вальс, танец с кубками, все ансамбли, сохранив только pas de trois друзей принца. Изменения коснулись и второй картины – Сергеев переставил танец больших лебедей, а также пересмотрел хореографию финальной сцены на озере. Оформил его постановку Симон Вирсаладзе.

Симон Вирсаладзе. Эскиз женского костюма для испанского танца и эскиз костюма Ротбарта
© Мариинский театр

В редакции Константина Сергеева «Лебединое озеро» до сих пор идет на сцене Мариинского театра. В 1992 году спектакль переодели в костюмы Галины Соловьевой и декорации Игоря Иванова. Но иногда, когда петербургские спектакли пересекаются с показами балета на гастролях, из запасников достают оформление, созданное по эскизам Вирсаладзе. А хореография спектакля, ставшего символом русского балета, не меняется уже больше шестидесяти лет.
Ольга Макарова

Ульяна Лопаткина – Одетта
© Мариинский театр. Фото Наташи Разиной. 2014


1 Балетмейстерские экспликации. Комментарии Ф. В. Лопухова // Мариус Петипа. Материалы. Воспоминания. Статьи. Л.: Искусство, 1971. С. 220.
2 Ваганова А. Я. О переделке «Лебединого озера» // Агриппина Яковлевна Ваганова. Статьи. Воспоминания. Материалы. Л.-М.: Искусство, 1958. С. 71.
3 Солянников Н. Глава русского балета // Мариус Петипа. Материалы. Воспоминания. Статьи. Л.: Искусство, 1971. С. 259.
4 Плещеев. А. А. Наш балет (1673 – 1899). Балет в России до начала XIX столетия и балет в Санкт-Петербурге до 1899 года. СПб.: Лань, Планета музыки, 2009. С. 484.
5 Ваганова А. Я. «Лебединое озеро» // Агриппина Яковлевна Ваганова. Статьи. Воспоминания. Материалы. Л.-М.: Искусство, 1958. С. 70.
6 Там же.
7 Сергеев К. М. Мысль и движение // Константин Сергеев. Сб. ст. М.: Искусство, 1978. С 32.

user_nameВыход