Петипа в Мариинском

«Жизель» (1884)

Музыка Адольфа Адана


«Жизель» появилась в Петербурге через год после шумного успеха парижской премьеры 1841 года. Балетмейстер Антуан Титюс перенес на петербургскую сцену спектакль, задуманный литератором Теофилем Готье и поставленный в Парижской опере Жаном Коралли (как значилось в парижской афише). «Жизель» прижилась в петербургском репертуаре. В спектакле блистали русские балерины Елена Андреянова, Надежда Богданова, Марфа Муравьёва, именитые гастролерши Фанни Эльслер, Карлотта Гризи. Когда в российской столице работал хореограф Жюль Перро, супруг Карлотты Гризи, первой парижской Жизели, очевидно, принимавший участие в создании исполненного балериной хореографического текста, он внес в спектакль изменения – с афиши исчезло имя Титюса и появилось имя постановщика Перро.
А в 1884 году, в день дебюта в главной партии Марии Горшенковой, вместо Перро в афише появилось имя Петипа.


Мария Горшенкова – Жизель

Мариус Петипа в молодости видел парижский спектакль: первым исполнителем партии Альберта был его старший брат Люсьен. В архиве Мариуса сохранился скрипичный репетитор (использовавшееся на репетициях переложение партитуры для двух скрипок), в котором между нотными строками записано происходящее на сцене. Вероятно, имелись у балетмейстера и собственноручные записи хореографического текста, по крайней мере его фрагментов. Однако целью Петипа не было доскональное возвращение к парижскому первоисточнику, он сделал свою редакцию.

Сцена II акта
© Мариинский театр / Фото Наташи Разиной. 2015

Логично предположить, что опыт постановки сцены теней в «Баядерке», grand pas в «Пахите» сказался в работе Петипа над вторым, белым актом «Жизели». Романтическая живописность групп вилис в его прочтении подчинилась логике построения классического ансамбля, в котором выход балерины непременно подготовлен танцами кордебалета, отныне поднявшегося на пальцы, и дуэтами и соло солисток.
Возможно, спектакль менялся и с появлением новых исполнительниц главной партии. В 1887 году возобновление было сделано для итальянской гастролерши Эммы Бессоне.

Репертуарная книга Мариинского театра. 1887
© Мариинский театр
Евгений Пономарёв. Эскиз костюма Жизели для Эммы Бессоне. 1887
© Санкт-Петербургская государственная театральная библиотека

«Воздушная Жизель не гармонировала с характером таланта дебютантки, но последняя все-таки имела успех и вызвала большие одобрения в pas de deux с г. Гердтом, в вариации собственного сочинения и в прочей вставной чертовщине»1, – описывал выступление итальянки хроникер петербургского балета последней четверти ХIХ века Александр Плещеев.
Сезон 1898–1899 годов открылся «Жизелью» с приглашенной Генриеттой Гримальди в главной партии.

Евгений Пономарёв. Эскизы костюмов. 1887
© Санкт-Петербургская государственная театральная библиотека

Любопытно, что невеста графа, во французском спектакле носившая имя канонизированной франкской королевы Батильды, в русском стала именоваться Матильдой.

Программка к спектаклю Мариинского театра 30 апреля 1903 года
© Мариинский театр

В 1903 году роль Жизели от гастролерш перешла к юной Анне Павловой, и у спектакля открылось новое дыхание. «Жизель» с Павловой петербургские журналисты называли «самым высоким и проникновенным созданием современной балетной сцены». Оценили ее и за рубежом. В 1908-м сокращенная постановка в исполнении Павловой и группы артистов Мариинского театра имела успех в Хельсинки (тогда Гельсингфорс), Копенгагене, Стокгольме, Праге, Берлине. И именно с Павловой Дягилев хотел показать «Жизель» в Париже.

Анна Павлова – Жизель
© Мариинский театр

Но в 1910 году пути Павловой и Дягилева разошлись. Париж увидел обновленный хит эпохи романтизма с Тамарой Карсавиной и Вацлавом Нижинским в главных партиях. К тому времени столица европейского искусства уже забыла о своем некогда обласканном славой шедевре. Преображенная «Жизель» вновь покорила зрителей. Одел ее к триумфальному возвращению в Париж Александр Бенуа. Для Вацлава Нижинского, на тот момент еще солиста императорских театров, этот балет стал роковым. После парижского успеха в Петербурге он последний раз выступил на сцене Мариинского театра именно в роли Альберта.
«На сцене я испытывала тот же экстаз и восторг, как и весь затаивший дыхание зрительный зал: мне казалось, что еще никогда Нижинский не достигал таких вершин совершенства и вдохновения, – вспоминала партнерша Нижинского Тамара Карсавина. – Он был одет в костюм по эскизу Бенуа, состоявший из коротенькой курточки и трико, слишком облегавшего формы танцовщика, но Нижинский наотрез отказался надевать что-либо поверх трико, и по этому поводу у него произошло столкновение с чиновником конторы. На несколько минут задержали занавес»2. А на следующий день Нижинский уже не был связан с Мариинским театром никакими обязательствами.
Петербургский спектакль (версия Петипа) стал отправной точкой новой европейской жизни «Жизели». В 1924 году его перенес на сцену Гранд-опера бывший режиссер балетной труппы Мариинского театра Николай Сергеев, и «Жизель» петербургского образца стала желанной и почетной гостьей многих сцен мира.
В Мариинском постановка со временем менялась незначительно. Обновляли спектакль актерские прочтения образов главных персонажей. В послереволюционные годы в Петрограде «предощущением трагедии»3 пленяла зрителей Ольга Спесивцева. После ее отъезда за границу роль перешла к Елене Люком, которая «сняла с Жизели налет рока, трагизма, обреченности»4.
В 1932 году в возобновлении спектакля, осуществленном Агриппиной Вагановой, главную партию исполнила Галина Уланова.

Галина Уланова – Жизель
© Мариинский театр

Дуэт Галины Улановой и Константина Сергеева, после шумного успеха драмбалетных «Бахчисарайского фонтана» и «Ромео и Джульетты» ставший символом драматической выразительности и лирической проникновенности советского балета, оправдывал зрительскую любовь и в «Жизели». Спектаклем с этой парой в главных партиях Театр имени Кирова отметил столетие романтического шедевра.

Афиша спектакля 29 июня 1941 года
© Мариинский театр

В эвакуации в Молотове осенью 1941 года спектакль возобновил Владимир Пономарёв, а в 1943-м новые декорации для молотовской сцены и костюмы были созданы по эскизам Татьяны Бруни, оформившей многие спектакли театра в годы войны.

Татьяна Бруни. Эскиз декорации к I акту
© Мариинский театр

Татьяна Бруни. Эскизы костюмов Ганса, Жизели и Альберта
© Мариинский театр

«Жизель» не выходила из репертуара театра в суровые годы Великой Отечественной: ею радовали зрителей в Молотове, и по возвращении труппы из эвакуации на родную ленинградскую сцену она появилась в афише в числе первых спектаклей.

Программка к спектаклю Театра оперы и балета им. С. М. Кирова 7 сентября 1944 года
© Мариинский театр

С 1978 года в Кировском – Мариинском театре спектакль идет в оформлении Игоря Иванова и костюмах Ирины Пресс.
Каждое поколение артистов предлагает свои нюансы в трактовке персонажей, а зрителей уже второе столетие пленяет трогательная и драматичная история о великой любви, рассказанная идеальной гармонией классического танца.
Ольга Макарова

Сцена из I акта
© Мариинский театр. Фото Наташи Разиной. 2017

1 Плещеев А. А. Наш балет (1673–1899). Балет в России до начала ХIХ столетия и балет в Санкт-Петербурге до 1899 года. СПб.: Лань: Планета музыки, 2009. С. 370–371.
2 Карсавина Т. П. Театральная улица. Л.: Искусство, 1971. С. 198–199.
3 Михайлов М. М. Молодые годы ленинградского балета. Л.: Искусство, 1978. С. 50.
4 Там же. С. 57.

user_nameВыход